Солнечный удар

.

Под солнечным ударом подразумевают болезненное состояние, расстройство функционирования головного мозга по причине продолжительного воздействия интенсивных солнечных лучей на непокрытую поверхность головы. Данное явление относят к своеобразной форме теплового удара.

Человеческий организм устроен так, что при превышении нормы поглощаемого тепла с помощью потовых желез происходит автоматическое охлаждение, при переохлаждении включаются механизмы согревания. Но солнечный удар оказывает большее влияние, с которым организму самостоятельно крайне сложно справиться. Тело получает колоссальное количество тепла, вследствие которого нарушается потоотделение, кровообращение и нервная деятельность.

Тепловой удар. Солнечный удар. Причины, симптомы, диагностика, лечение и профилактика

Под воздействием агрессивных солнечных лучей сосуды расширяются, при этом кровь может «застояться» в мозгу, что иногда становится причиной инсультов. Также нередки случаи остановки сердца. Солнечный удар можно получить на отдыхе чаще всего на море, на прогулке по открытой местности (степь, пустыня), а также при выполнении профессиональной деятельности, предполагающей пребывание под солнцем.

Вероятность получения солнечного удара увеличивается ближе к середине лета, и только в конце сентября начинает снижаться. Также время пребывания на солнце играет существенную роль. Так, период с 10 утра до 17 считается наиболее опасным, хотя многие туристы выбирают именно этот промежуток для загара, при этом, в первую очередь, забывают о головном уборе.

Симптомы солнечного удара

Солнечный удар проявляется вялостью, головной болью, головокружениями, тошнотой и рвотой. В более тяжелых случаях человек впадает в кому, и может наступить летальный исход. Если окружающая влажность повышается, то симптомы усугубляются.

В зависимости от степени солнечного удара симптоматика следующая:

  • При легкой форме отмечается головная боль, тошнота, учащение дыхания и пульса, общая слабость, расширение зрачков. На данном этапе помощь при солнечном ударе заключается в перемещении человека в безопасную зону, исключении положения тела, при котором пострадавший может захлебнуться рвотой;
  • Средняя степень характеризуется сильной головной болью с рвотой и тошнотой, резкой адинамией, шаткой походкой, неуверенностью движений, оглушенностью, кровотечениями из носа, учащенным пульсом и дыханием, периодическими обморочными состояниями, повышением температуры тела до 40 градусов;
  • При тяжелой степени солнечного удара лицо краснеет, затем резко бледнеет, наблюдается непроизвольное выделение кала и мочи, галлюцинации, бред, критическое повышение температуры до максимально допустимых отметок, судороги. В 30 процентах случаев получение такой степени солнечного удара заканчивается трагически. Опасность также заключается в том, что эта стадия может наступить быстро и внезапно, то есть при первых легких симптомах больной может спустя короткий промежуток впасть в кому. Поэтому помощь при солнечных ударах нужна срочно при появлении первых признаков перегрева.

Факторы риска

Вероятность солнечного воздействия негативного характера увеличивается в следующих ситуациях:

  • Повышенная влажность воздуха окружающей среды;
  • Прямое влияние солнечных лучей на поверхность головы (отсутствие головного убора);
  • Некоторые проблемы со здоровьем, в частности порок сердца, эндокринные расстройства, ожирение, вегетососудистая дистония и некоторые другие;
  • Младший (до 1 года) или преклонный возраст. У малышей организм еще не в состоянии самостоятельно осуществлять терморегуляцию, а у пожилых он уже не справляется со своими задачами;
  • Курение;
  • Избыточный вес тела;
  • Стресс и нервное напряжение;
  • Алкогольная интоксикация.

Первая помощь при солнечном ударе

Первую помощь при солнечном ударе нужно оказать сразу же при возникновении даже самых незначительных симптомов. Лучше всего по возможности как можно быстрее вызвать скорую, но пока специалисты прибудут на место, нужно выполнить следующие меры:

  • Отвести или отнести пострадавшего в прохладное помещение или хотя бы в тень. Скопления людей лучше избегать;
  • Положить человека в удобное положение, но исключающее попадание рвоты в дыхательные пути;
  • Очень важно положить под ноги пострадавшего подушку или вещи, чтобы конечности были слегка приподняты по отношению ко всему телу;
  • Снять с человека украшения и одежду, особенно ту, которая сдавливает грудную клетку;
  • До приезда скорой помощи при солнечном ударе обязательно нужно дать человеку много прохладной жидкости, лучше всего обыкновенной воды с небольшим количеством сахара и соли. При отсутствии последних предложить любые напитки;
  • Лицо смочить холодной водой;
  • По возможности облить все тело холодной водой и приложить смоченную холодную ткань или обыкновенное полотенце, прежде всего на грудь;
  • На голову приложить холодный компресс, который можно сделать из кусочков льда, обыкновенной бутылки из холодильника или замороженного продукта из морозильной камеры. Распределить холод преимущественно в области затылка и лба;
  • Обмахать человека интенсивными движениями, как бы создавая эффект вентилятора;
  • Если есть такая возможность, поднести к носу нашатырный спирт или раствор аммиака на несколько секунд;
  • При остановке дыхания необходимо сделать искусственные манипуляции и массаж сердца.

Первая помощь при солнечном ударе особо важна при возникновении рвотного рефлекса, потому что человек может задохнуться. Необходимо освободить дыхательные пути от лишних выделений.

После того, как критический момент минует (при условии оказания помощи при солнечном ударе), показан полный покой и постельный режим. Организму требуется несколько дней на восстановление нервной деятельности, биохимических реакций и кровообращения.

Профилактика солнечного удара

Прежде всего, на солнце необходимо находиться только в головном уборе, если время пребывания не ограничивается 10 минутами. В особо жаркую погоду подойдут шляпы и кепки из светлых материалов, потому что они лучше отражают солнечные лучи. Для женщин в качестве комфортной альтернативы подойдут косынки и платки из легких материалов. Также нельзя пренебрегать ношением солнцезащитных очков.

На пляже не рекомендуется находиться на солнце длительное время в час пик во избежание солнечного удара. Солнечные ванны приносят пользу только в ранние утренние часы и после 5 часов вечера. Первое время загорать можно не более 15 минут в день, постепенно увеличивая продолжительность.

Лучше всего ложится загар в том случае, если человек находится в движении – плавает, гуляет, играет в спортивные игры. При этом одежда должна быть легкая и светлая, только в море или реке можно плавать в купальном костюме или плавках. Предпочтение лучше отдавать натуральным материалам, которые пропускают воздух и не препятствуют испарению пота.

Также не рекомендуется переедать в жару и употреблять сосудорасширяющие напитки.

На пользу пойдут свежие фрукты и овощи, кисломолочные продукты и легкие мясные блюда на гриле. Не стоит забывать о достаточном количестве потребляемой жидкости.

Что общего между беспечным курортником на пляже и трудолюбивым дачником на грядке? У них примерно равные шансы получить тепловой и солнечный удар.

Тепловой удар и солнечный удар очень схожи по механизму развития. И то и другое – результат воздействия тепловой энергии на организм человека. Тепловой удар может развиться в разных ситуациях:

  • температура окружающей среды выше нормальной температуры человеческого тела;

  • температура не слишком высокая, но человек выполняет тяжелую физическую работу;

  • на тело и, особенно, голову человека оказывают воздействие прямые солнечные лучи (солнечный удар).

Алкоголь и плотный обед, безветренная и влажная погода, плотная влагонепроницаемая одежда, лишний вес, хронические заболевания сердца и нервной системы, некоторые лекарства (например, мочегонные и транквилизаторы) повышают угрозу развития гипертермии.

Признаки солнечного и теплового удара

Симптомы солнечного и теплового удара развиваются быстро и нарастают внезапно.

  • Появляется апатия, жажда, могут быть тянущие боли в мышцах,

  • Поднимается температура, в легких случаях – до субфебрильной, в тяжелых – до 42?С.

  • Кожа краснеет, горячая на ощупь, сначала она влажная от пота, при нарастании клинических проявлений становится сухой.

  • Нарастает головная боль, появляется тошнота, рвота.

  • Пульс частый, тоны сердца приглушены, дыхание учащенное.

  • Нарушение сознания в легких случаях ограничивается заторможенностью, в средне тяжелых случаях могут быть обмороки, в тяжелых – галлюцинации, судороги, кома.

  • При тяжелых повреждениях развивается острая почечная недостаточность: анурия, нарастание шлаков в крови.

  • При тепловом ударе, особенно связанном с тяжелой физической нагрузкой, может появиться желтуха, признаки повреждения клеток печени в анализах крови.

Солнечные и тепловые удары развиваются по одному механизму, однако при солнечном ударе гораздо сильнее выражены поражения головного мозга, а признаки почечной и печеночной недостаточности бывают гораздо реже.

Тепловой и солнечный удар, первая помощь

Первая помощь при солнечном и тепловом ударе должна быть оказана как можно быстрее. При легкой степени перегрева это позволит пострадавшему вернуться к нормальному состоянию, при тяжелой – предотвратит такие последствия, как инфаркт, инсульт и даже смерть. К сожалению, сам пострадавший редко правильно оценивает свое состояние, и очень важно, чтобы рядом оказался человек, который имеет представление, что делать при солнечном ударе и тепловом ударе.

Неотложная помощь при солнечном и тепловом ударе призвана

1

Создать комфортные условия для пострадавшего:

переместить в затененное, прохладное помещение,

освободить от одежды, по крайней мере расстегнуть ремень, тугой воротник, снять обувь,

обеспечить движение воздуха: включить вентилятор, кондиционер, если такой возможности нет – создать импровизированные опахала.

2

Быстро охладить организм:

Поместить больного в прохладную ванну или завернуть в простыню, смоченную холодной водой. Менять простыни, как только они начинают нагреваться.

На голову, к ладоням, паховым складкам, в подмышечную область положить пакеты со льдом (подойдут и замороженные овощи из морозильника) или термопакеты из автомобильной аптечки. Оптимально охладить больного до 38,5°С, дальше организм справиться сам.

3

Восстановить потери жидкости.

Пить, конечно, не алкоголь, а минеральную воду или специальные солевые растворы, порошок для приготовления которых может обнаружиться в домашней аптечке (регидрон, оралит), вполне подойдет и сладкий чай с лимоном.

Во всех случаях, даже если состояние не выглядит угрожающим, пострадавшего нужно доставить в приемный покой больницы или обратиться в службу 03.

Врачебная помощь при солнечном и тепловом ударе

Врач установит, сумела ли оказанная помощь при солнечном ударе, тепловом ударе нейтрализовать повреждающее действие гипертермии (это вполне возможно при легкой степени перегревания), или состояние по-прежнему остается угрожающим, и пациента нужно лечить в стационаре.

Для предупреждения сердечной, дыхательной недостаточности и отека мозга, медики могут предпринять такие действия:

  • инфузию больших объемов глюкозо-солевых растворов с учетом электролитных нарушений (контролируется уровень калия, натрия, кальция в организме),

  • введение препаратов, улучшающих сердечную деятельность,

  • назначение при необходимости противосудорожных препаратов (фенобарбитал),

  • применение жаропонижающих (парацетомол, ибупрофен, анальгин),

  • может назначаться литическая смесь (аминазин, супрастин, промедол, новокаин),

  • вдыхание кислорода,

  • по показаниям – искусственная вентиляция легких.

Если помощь пришла вовремя, тяжелых осложнений удается избежать. Тем не менее, нарушение микроциркуляции и повреждение нервных клеток в процессе развития теплового удара, оставляют следы в виде астенического синдрома, вегето-сосудистой дистонии. По крайней мере, несколько месяцев нужна особая осторожность, так как иммунитета к тепловому удару не возникает, напротив, скорее появляется к предрасположенность к его повторению.

Профилактика солнечного и теплового удара

Профилактика теплового и солнечного удара предусматривает

  • Рациональный режим: полуденные часы проводить в кондиционированном помещении. Выходить на улицу, особенно для физической работы, следует только утром или вечером.

  • Правильную одежду: она должна быть свободной и пропускать влагу. Брезентовая, прорезиненная одежда в жару – верный путь к тепловому удару. Непременно должна быть прикрыта от прямых солнечных лучей голова.

  • Разумную диету: в жару предпочтительнее плотный ужин, но легкий обед. Желательно придерживаться молочно-овощного рациона. Непременно нужно компенсировать потери жидкости на испарение. При физической работе в жару оптимально выпивать стакан воды через каждые четверть часа.

Особого внимания требует профилактика солнечного и теплового удара у детей.

Солнечный удар

При всех своих адаптационных способностях, дети не умеют адекватно оценивать собственное состояние – за них это приходится делать взрослым. Не следует кутать ребенка, перекармливать его, а вот за тем, чтобы он вовремя попил и не снимал панамку, следить нужно обязательно. Не лишним будет в жаркий день периодически измерять ребенку температуру.

Что делать, если у ребенка солнечный удар

Солнечный удар: симптомы и лечение.

Тепловой удар у ребенка: симптомы и первая помощь.

Народные средства от солнечных ожогов

Вопросы и комментарии к статье:

наверх ↑   

 

Задай свой вопрос:

нужно авторизоваться

 

 Одноклассники

 Вконтакте

 

Реклама на сайте

Солнечный удар

.

После обеда вышли из ярко и горячо освещенной столовой на палубу и остановились у поручней. Она закрыла глаза, ладонью наружу приложила руку к щеке, засмеялась простым прелестным смехом, — все было прелестно в этой маленькой женщине, — и сказала:— Я, кажется, пьяна… Откуда вы взялись? Три часа тому назад я даже не подозревала о вашем существовании. Я даже не знаю, где вы сели. В Самаре? Но все равно… Это у меня голова кружится или мы куда-то поворачиваем?Впереди была темнота и огни. Из темноты бил в лицо сильный, мягкий ветер, а огни неслись куда-то в сторону: пароход с волжским щегольством круто описывал широкую дугу, подбегая к небольшой пристани.Поручик взял ее руку, поднес к губам. Рука, маленькая и сильная, пахла загаром. И блаженно и страшно замерло сердце при мысли, как, вероятно, крепка и смугла она вся под этим легким холстинковым платьем после целого месяца лежанья под южным солнцем, на горячем морском песке (она сказала, что едет из Анапы). Поручик пробормотал:— Сойдем…— Куда? — спросила она удивленно.— На этой пристани.— Зачем?Он промолчал. Она опять приложила тыл руки к горячей щеке.— Сумасшествие…— Сойдем, — повторил он тупо. — Умоляю вас…— Ах, да делайте, как хотите, — сказала она, отворачиваясь.Разбежавшийся пароход с мягким стуком ударился в тускло освещенную пристань, и они чуть не упали друг на друга. Над головами пролетел конец каната, потом понесло назад, и с шумом закипела вода, загремели сходни… Поручик кинулся за вещами.Через минуту они прошли сонную конторку, вышли на глубокий, по ступицу, песок и молча сели в запыленную извозчичью пролетку. Отлогий подъем в гору, среди редких кривых фонарей, по мягкой от пыли дороге, показался бесконечным. Но вот поднялись, выехали и затрещали по мостовой, вот какая-то площадь, присутственные места, каланча, тепло и запахи ночного летнего уездного города… Извозчик остановился возле освещенного подъезда, за раскрытыми дверями которого круто поднималась старая деревянная лестница, старый, небритый лакей в розовой косоворотке и в сюртуке недовольно взял вещи и пошел на своих растоптанных ногах вперед. Вошли в большой, но страшно душный, горячо накаленный за день солнцем номер с белыми опущенными занавесками на окнах и двумя необожженными свечами на подзеркальнике, — и как только вошли и лакей затворил дверь, поручик так порывисто кинулся к ней и оба так исступленно задохнулись в поцелуе, что много лет вспоминали потом эту минуту: никогда ничего подобного не испытал за всю жизнь ни тот, ни другой.В десять часов утра, солнечного, жаркого, счастливого, со звоном церквей, с базаром на площади перед гостиницей, с запахом сена, дегтя и опять всего того сложного и пахучего, чем пахнет русский уездный город, она, эта маленькая безымянная женщина, так и не сказавшая своего имени, шутя называвшая себя прекрасной незнакомкой, уехала. Спали мало, но утром, выйдя из-за ширмы возле кровати, в пять минут умывшись и одевшись, она была свежа, как в семнадцать лет. Смущена ли была она? Нет, очень немного. По-прежнему была проста, весела и — уже рассудительна. — Нет, нет, милый, — сказала она в ответ на его просьбу ехать дальше вместе, — нет, вы должны остаться до следующего парохода. Если поедем вместе, все будет испорчено. Мне это будет очень неприятно. Даю вам честное слово, что я совсем не то, что вы могли обо мне подумать. Никогда ничего даже похожего на то, что случилось, со мной не было, да и не будет больше. На меня точно затмение нашло… Или, вернее, мы оба получили что-то вроде солнечного удара…И поручик как-то легко согласился с нею. В легком и счастливом духе он довез ее до пристани, — как раз к отходу розового «Самолета», — при всех поцеловал на палубе и едва успел вскочить на сходни, которые уже двинули назад.Так же легко, беззаботно и возвратился он в гостиницу. Однако что-то уж изменилось. Номер без нее показался каким-то совсем другим, чем был при ней. Он был еще полон ею — и пуст. Это было странно! Еще пахло ее хорошим английским одеколоном, еще стояла на подносе ее недопитая чашка, а ее уже не было… И сердце поручика вдруг сжалось такой нежностью, что поручик поспешил закурить и несколько раз прошелся взад и вперед по комнате.— Странное приключение! — сказал он вслух, смеясь и чувствуя, что на глаза его навертываются слезы.

Солнечный удар — первая помощь, признаки, симптомы у взрослых и детей

— «Даю вам честное слово, что я совсем не то, что вы могли подумать…» И уже уехала…Ширма была отодвинута, постель еще не убрана. И он почувствовал, что просто нет сил смотреть теперь на эту постель. Он закрыл ее ширмой, затворил окна, чтобы не слышать базарного говора и скрипа колес, опустил белые пузырившиеся занавески, сел на диван… Да, вот и конец этому «дорожному приключению»! Уехала — и теперь уже далеко, сидит, вероятно, в стеклянном белом салоне или на палубе и смотрит на огромную, блестящую под солнцем реку, на встречные плоты, на желтые отмели, на сияющую даль воды и неба, на весь этот безмерный волжский простор… И прости, и уже навсегда, навеки… Потому что где же они теперь могут встретиться? — «Не могу же я, — подумал он, — не могу же я ни с того ни с сего приехать в этот город, где ее муж, где ее трехлетняя девочка, вообще вся ее семья и вся ее обычная жизнь!» — И город этот показался ему каким-то особенным, заповедный городом, и мысль о том, что она так и будет жить в нем своей одинокой жизнью, часто, может быть, вспоминая его, вспоминая их случайную, такую мимолетную встречу, а он уже никогда не увидит ее, мысль эта изумила и поразила его. Нет, этого не может быть! Это было бы слишком дико, неестественно, неправдоподобно! — И он почувствовал такую боль и такую ненужность всей своей дальнейшей жизни без нее, что его охватил ужас, отчаяние.«Что за черт! — подумал он, вставая, опять принимаясь ходить по комнате и стараясь не смотреть на постель за ширмой. — Да что же это такое со мной? И что в ней особенного и что, собственно, случилось? В самом деле, точно какой-то солнечный удар! И главное, как же я проведу теперь, без нее, целый день в этом захолустье?»Он еще помнил ее всю, со всеми малейшими ее особенностями, помнил запах ее загара и холстинкового платья, ее крепкое тело, живой, простой и веселый звук ее голоса… Чувство только что испытанных наслаждений всей ее женской прелестью было еще живо в нем необыкновенно, но теперь главным было все-таки это второе, совсем новое чувство — то странное, непонятное чувство, которого совсем не было, пока они были вместе, которого он даже предположить в себе не мог, затевая вчера это, как он думал, только забавное знакомство, и о котором уже нельзя было сказать ей теперь! «А главное, — подумал он, — ведь и никогда уже не скажешь! И что делать, как прожить этот бесконечный день, с этими воспоминаниями, с этой неразрешимой мукой, в этом богом забытом городишке над той самой сияющей Волгой, по которой унес ее этот розовый пароход!»Нужно было спасаться, чем-нибудь занять, отвлечь себя, куда-нибудь идти. Он решительно надел картуз, взял стек, быстро прошел, звеня шпорами, по пустому коридору, сбежал по крутой лестнице на подъезд… Да, но куда идти? У подъезда стоял извозчик, молодой, в ловкой поддевке, и спокойно курил цигарку. Поручик взглянул на него растерянно и с изумлением: как это можно так спокойно сидеть на козлах, курить и вообще быть простым, беспечным, равнодушным? «Вероятно, только я один так страшно несчастен во всем этом городе», — подумал он, направляясь к базару.Базар уже разъезжался. Он зачем-то походил по свежему навозу среди телег, среди возов с огурцами, среди новых мисок и горшков, и бабы, сидевшие на земле, наперебой зазывали его, брали горшки в руки и стучали, звенели в них пальцами, показывая их добротность, мужики оглушали его, кричали ему: «Вот первый сорт огурчики, ваше благородие!» Все это было так глупо, нелепо, что он бежал с базара. Он пошел в собор, где пели уже громко, весело и решительно, с сознанием исполненного долга, потом долго шагал, кружил по маленькому, жаркому и запущенному садику на обрыве горы, над неоглядной светло-стальной ширью реки… Погоны и пуговицы его кителя так нажгло, что к ним нельзя было прикоснуться. Околыш картуза был внутри мокрый от пота, лицо пылало… Возвратясь в гостиницу, он с наслаждением вошел в большую и пустую прохладную столовую в нижнем этаже, с наслаждением снял картуз и сел за столик возле открытого окна, в которое несло жаром, но все-таки веяло воздухом, заказал ботвинью со льдом… Все было хорошо, во всем было безмерное счастье, великая радость; даже в этом зное и во всех базарных запахах, во всем этом незнакомом городишке и в этой старой уездной гостинице была она, эта радость, а вместе с тем сердце просто разрывалось на части. Он выпил несколько рюмок водки, закусывая малосольными огурцами с укропом и чувствуя, что он, не задумываясь, умер бы завтра, если бы можно было каким-нибудь чудом вернуть ее, провести с ней еще один, нынешний день, — провести только затем, только затем, чтобы высказать ей и чем-нибудь доказать, убедить, как он мучительно и восторженно любит ее… Зачем доказать? Зачем убедить? Он не знал зачем, но это было необходимее жизни.— Совсем разгулялись нервы! — сказал он, наливая пятую рюмку водки.Он отодвинул от себя ботвинью, спросил черного кофе и стал курить и напряженно думать: что же теперь делать ему, как избавиться от этой внезапной, неожиданной любви? Но избавиться — он это чувствовал слишком живо — было невозможно. И он вдруг опять быстро встал, взял картуз и стек и, спросив, где почта, торопливо пошел туда с уже готовой в голове фразой телеграммы: «Отныне вся моя жизнь навеки, до гроба, ваша, в вашей власти». Но, дойдя до старого толстостенного дома, где была почта и телеграф, в ужасе остановился: он знал город, где она живет, знал, что у нее есть муж и трехлетняя дочка, но не знал ни фамилии, ни имени ее! Он несколько раз спрашивал ее об этом вчера за обедом и в гостинице, и каждый раз она смеялась и говорила:— А зачем вам нужно знать, кто я, как меня зовут?На углу, возле почты, была фотографическая витрина. Он долго смотрел на большой портрет какого-то военного в густых эполетах, с выпуклыми глазами, с низким лбом, с поразительно великолепными бакенбардами и широчайшей грудью, сплошь украшенной орденами… Как дико, страшно все будничное, обычное, когда сердце поражено, — да, поражено, он теперь понимал это, — этим страшным «солнечным ударом», слишком большой любовью, слишком большим счастьем! Он взглянул на чету новобрачных — молодой человек в длинном сюртуке и белом галстуке, стриженный ежиком, вытянувшийся во фронт под руку с девицей в подвенечном газе, — перевел глаза на портрет какой-то хорошенькой и задорной барышни в студенческом картузе набекрень… Потом, томясь мучительной завистью ко всем этим неизвестным ему, не страдающим людям, стал напряженно смотреть вдоль улицы.— Куда идти? Что делать?Улица была совершенно пуста. Дома были все одинаковые, белые, двухэтажные, купеческие, с большими садами, и казалось, что в них нет ни души; белая густая пыль лежала на мостовой; и все это слепило, все было залито жарким, пламенным и радостным, но здесь как будто бесцельным солнцем. Вдали улица поднималась, горбилась и упиралась в безоблачный, сероватый, с отблеском небосклон. В этом было что-то южное, напоминающее Севастополь, Керчь… Анапу. Это было особенно нестерпимо. И поручик, с опущенной головой, щурясь от света, сосредоточенно глядя себе под ноги, шатаясь, спотыкаясь, цепляясь шпорой за шпору, зашагал назад.Он вернулся в гостиницу настолько разбитый усталостью, точно совершил огромный переход где-нибудь в Туркестане, в Сахаре. Он, собирая последние силы, вошел в свой большой и пустой номер. Номер был уже прибран, лишен последних следов ее, — только одна шпилька, забытая ею, лежала на ночном столике! Он снял китель и взглянул на себя в зеркало: лицо его, — обычное офицерское лицо, серое от загара, с белесыми, выгоревшими от солнца усами и голубоватой белизной глаз, от загара казавшихся еще белее, — имело теперь возбужденное, сумасшедшее выражение, а в белой тонкой рубашке со стоячим крахмальным воротничком было что-то юное и глубоко несчастное. Он лег на кровать на спину, положил запыленные сапоги на отвал. Окна были открыты, занавески опущены, и легкий ветерок от времени до времени надувал их, веял в комнату зноем нагретых железных крыш и всего этого светоносного и совершенно теперь опустевшего, безмолвного волжского мира. Он лежал, подложив руки под затылок, и пристально глядел перед собой. Потом стиснул зубы, закрыл веки, чувствуя, как по щекам катятся из-под них слезы, — и наконец заснул, а когда снова открыл глаза, за занавесками уже красновато желтело вечернее солнце. Ветер стих, в номере было душно и сухо, как в духовой печи… И вчерашний день, и нынешнее утро вспомнились так, точно они были десять лет тому назад.Он не спеша встал, не спеша умылся, поднял занавески, позвонил и спросил самовар и счет, долго пил чай с лимоном. Потом приказал привести извозчика, вынести вещи и, садясь в пролетку, на ее рыжее, выгоревшее сиденье, дал лакею целых пять рублей.— А похоже, ваше благородие, что это я и привез вас ночью!

— весело сказал извозчик, берясь за вожжи.Когда спустились к пристани, уже синела над Волгой синяя летняя ночь, и уже много разноцветных огоньков было рассеяно по реке, и огни висели на мачтах подбегающего парохода.— В аккурат доставил! — сказал извозчик заискивающе.Поручик и ему дал пять рублей, взял билет, прошел на пристань… Так же, как вчера, был мягкий стук в ее причал и легкое головокружение от зыбкости под ногами, потом летящий конец, шум закипевшей и побежавшей вперед воды под колесами несколько назад подавшегося парохода… И необыкновенно приветливо, хорошо показалось от многолюдства этого парохода, уже везде освещенного и пахнущего кухней.Через минуту побежали дальше, вверх, туда же, куда унесло и ее давеча утром.Темная летняя заря потухала далеко впереди, сумрачно, сонно и разноцветно отражаясь в реке, еще кое-где светившейся дрожащей рябью вдали под ней, под этой зарей, и плыли и плыли назад огни, рассеянные в темноте вокруг.Поручик сидел под навесом на палубе, чувствуя себя постаревшим на десять лет.Приморские альпы, 1925.

.

Add a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *